- Сообщения
- 5.682
- Реакции
- 15.905
Нулевые
На дворе нулевые. Мы едем в Екатеринбург из небольшого индустриального городка, вызывающего у меня желание уехать и никогда больше не возвращаться. Едем на моей первой машине — подержанной иномарке, купленной в кредит. В моде отечественный автопром с жуткими спойлерами, «ресничками», обвесами и прочими извращениями, доступными даже бедным студентам, но мной подобный вариант не рассматривался. Мои приоритеты — АКПП, ГУР, электростеклоподъёмники, кондиционер. Выбор остановил на серебристом дизельном «японце» 96 года. И вот, мегаполис ждет нас — молодых, дерзких и неопытных. Лето, солнце, музыка, хорошее настроение. На протяжении ста километров пути нам попадаются рекламные щиты с надписью «План Путина — победа России»: — По-моему госкреативщики не знают, что у слова «план» есть и другой смысл... — Все они знают, вон видишь — Путин на плакате в темных очках, не палится — Попробовать бы тоже, хорошо вставляет ли? Тогда мы еще не знали, что этот план через несколько лет вставит всем, и тоже в другом смысле. По ЕКБ мы едем сложно — никто не знает город, навигаторов еще не существует, руководствуемся большой бумажной картой. Нарушив все возможные правила перестроения в полосах движения, благо, камеры на дорогах также пока не существуют, мы добрались до центра. Прошвырнулись по магазинам, я купил две дико дорогие, но стильные и качественные рубашки. Пришли на плотинку. У какого-то памятника увидели группу неформалов — они пили водку и играли на гитаре. Через час к одному из нас перешла гитара, а к другому — бутылка. Мы спели пару песен, допили их водку и пошли в McDonalds, где никто из нас раньше не был. Сели у окна и заказали по бургеру и большую картошку фри. Хроник задумчиво брал соленые ломтики: — А сколько такой пакетик стоит? — 35 рублей. — Это че, два килограмма купить можно... Сальвия смеётся, у неё своеобразное чувство юмора. Предстоял путь назад. Если с заездом в екб проблем не было, (ну разве только в том, чтобы не задеть другие машины при перестроении, а город проехать не получится при всем желании), то выезд из него был делом посложнее: дорога домой всего одна, найти её и не уехать в другую степь — та ещё задачка. Пассажиры взяли пивка, Сальвия разложила карту на пол-салона, и принялась внимательно следить за тем, чтобы не проехать нужный съезд. Получилось это плохо: — Так, вот сейчас будет поворот направо... ДА ВОТ ЖЕ ОН, ну все, проехали... — Говори заранее! — Да ты быстро едешь! — Дак это трасса, тут нельзя ехать медленно! — Ну ищи разворот теперь... Мы оказались на какой-то глухой развязке, тормознули покурить, успокоиться, разобраться. Все верно, сейчас мы проедем здесь и попадём на прямую дорогу к дому. На обочине стоял бетонный столб. — Давай напишем тут что-нибудь, в следующий раз будем знать, что это правильный путь. Беру баллончик с краской, пишу на столбе вертикально свой ник. Больше я этот столб никогда не видел: то ли его очистили, то ли этим путём мы уже не возвращались. Завтра на работу, завод, в 6:30 утра подъём, идёшь на остановку, 40 минут добираешься до проходной на автобусе и потом ещё 20 минут пешком до цеха, без пяти восемь ты уже переодетый сидишь на рабочем месте завариваешь чай и выпускаешь сигаретный дым в и без того грязный воздух. Работа была не особо сложной: нужно было следить за исправностью механического оборудования. Больше устаешь морально — железные решетки на окнах, по периметру завода серый бетонный забор с колючей проволокой и вышки с охраной, такое чувство будто ты отбываешь срок за совершенное преступление. После работы по маршруту в институт, готовиться к экзаменам с 18.00 до 20.00, а в восемь надо быть уже на репетиционной базе, у нас была своя музыкальная группа. Как-то раз, нас пригласили выступать на дне города, мы выбрали три композиции, последняя называлась "Город". На сцене звук был так себе, в припеве мы кричали: " Это город! Мертвый город!" Публика восприняла наура, которая была уже изрядно подшофе. У меня была девушка которая ездила сдавать вступительные экзамены в УПИ, поступила и бросила, из-за мнения охуенного пацана, но скорее всего просто заебала учёба. УПИ один из лучших ВУЗов Свердловской области, лектора там профессиональные ёбари головного мозга. Её общага находилась на улице Малышева, внизу находилось мини-кафе для студентов, где можно было выпить кофе и поесть пирожков. Ебать у нас вид. Нас четверо. Моя герла, я, Ban и ТТ. На всех тяжелеки, ботинки фирмы Grinders и Камелот, Бэн в камуфляже, ТТ с цепью и торбой "Cradle of Filth" , у Сальвии шапка "Limp Bizkit" , ошейник и напульсник с шипами. Мы приехали с утра в Екатеринбург на электричке купить мне электрогитару в музторге и по пути закинуть вещи в общагу. По дороге мы выпили три полторашки "охоты крепкой" и нам хорошо. Пока шли от улицы Восточной по Малышева, пихали друг друга в сугробы, прикалывались, заметив студента Ban снимает перчатку: — О! Здорово! — тянет к нему руку, на улице -25, с ветром. Тот тоже снимает перчатку и Ban: — Опа! Обознался. — убирает руку и пацик остаётся с протянутой рукой и в недоумении, а мы ржём. И так несколько раз на всём пути. В кафешке отогревшись и выпив ещё одну полторашку "охоты", которую принесли с собой, погнали в магазин продаж музыкальных инструментов. Я хотел себе "Ibanez" семиструнку, как у "Бизкитов" или "Корнов", но денег хватало только на "Galaxy" 6-струнку. Пойдёт для того чтобы играть NU-METAL в провинции. Говорим продавцу-консультанту чтобы подключил гитару проверить качество звука, тот подключает и даёт мне в руки, она без ремня держать неудобно. Меня и так шатает, сажусь на колонку, пытаюсь поставить аккорд, но нехуя не выходит. Колонка была хуевым приспособлением в качестве стула, она неожиданно стала уходить из-под моей жопы, а я заваливаться назад, хорошо, что ТТ стоял сзади и успел меня удержать. Отдаю ему гитару и говорю: — Проверь на дисторшене. Сыграл пару рифов из "рамштайна" и говорит: — Бери! Если что, я у тебя её потом выкуплю. Продавец был вежлив и учтив, смахивающий внешне на Курта Кобейна, пробивает чек на кассе и вручает мне гитару в чехле. В парке у Ледового дворца до нас доебались скины, ну как доебались, просто попиздеть, они понимали, что мы дадим им пизды без базара в случае чего. Их было трое, в берцах с белыми шнурками и моложе нас на пару лет. Один из них говорит: — Здорово! Кто такие? Панки? — Здорово! Чо хотел? — Вы бы тут не гуляли, здесь Борман тусуется, он панков не любит. — Ну ладно, пусть подходит, мы тут на лавочке если что, пиво пьём. Борман, может и был "РеалMazafakaСкин", но эти были какие-то педиковатые. Допили жутко холодное пиво в котором начал образовываться лёд, сели на станции на вечернюю электричку и поехали домой. Белый мутил Fest в арендованном клубе нашего города. Мы были в списке выступающих команд. Он организатор и "вокалогитарист" одной местной группы, выросшей из "Оi-панка" до чего-то смахивающей на "ПТВП". Клуб был довольно-таки уютный, самое то для андеграунда. По бокам стояли кожаные диваны со столиками, небольшая сцена, в центре танцпол, у входа слева барная стойка. Обслуживающим персоналом в клубе были скины из бойцовского клуба, в котором принимал участие Белый. Непривычно когда твою курточку берёт лысый накаченный чувак в одежде цвета хаки, а взамен передаёт бирку. — Приходится экономить на всём, чтобы отбить аренду клуба, при том, что половина посетителей клуба знакомые музыкантов, для которых вход бесплатный. — говорит Белый. Мы недавно записали альбом, нарезали на диски и попросили корефана из нашей тусы по распространять в клубе всем желающим, такой типа pusher (дилер), толкающий круглые. Наша группа должна была выступать третьей по списку, а мы сначала саундчека уже накидывались, алконапитками, алкоэнергетиками и джином в полторашках под названием "Алко" и уже никакие были, чтобы ровно стоять на ногах. Вышли на сцену. Со стороны она оказалась больше, поднастроили гитары, снимаю со стойки мткрофон: — Check one-two. Yo-yo! Поехали! Нам нужно отыграть 5 песен, забываю слова на третьей композиции, достаю текст припасеный на этот случай и читаю по бумажке, спиной к зрительному залу, пока пацаны рубят мясо. — Ты должен идти только вперед, несмотря ни на кого, только вперёд! — в припеве, тут вылетаю из эфира. Сука. Маленькая сцена, ну хорошо, что невысокая, где-то с полметра высотой от танцпола, я оступаясь, падаю справа от барабанов куда-то в дебри. Было темно, так что никто и не заметил, музыканты хуярят тяжеляк, барабанщик ломает палочки об тарелки, нахожу микрофон, всё заебись. Напоследок играем "Korn - blind" и сваливаем на автопати. На выходе из клуба стоят две фанатки, одна из них задирает кофту и просит расписаться но её груди. Честно говоря место было сложно найти, но наш гитарист находит под правой сиськой третьего размера пространство и в аккурат вписывает название нашей группы чёрным маркером. На углу здания клуба два панка с ирокезами по приколу пытаются друг друга обоссать, но у них получается только обоссать всё вокруг. За всей этой вакханалией со стороны наблюдают гопники на лавочке, но подходить не рискуют. На стоянке машин из такси к нам подваливают два "клабера", модные тусовщики, видно что на стиле. — Привет, тут дискотека проходит? — Не думаю, что это то место, которое вы ищите. Они смотрят по сторонам, садятся в такси и уезжают. В школе, когда я был в девятом классе, одноклассник подогнал мне несколько кассет: Limp Bizkit, 2pac, Bomfunk mc, Децл и Многоточие. Это было как посвящение в культуру нового музыкального формата. На тот момент было деление на тех, кто слушает Металлику и Prodigy, можно было получить пизды за неправильный ответ: "Что слушаешь?" Но на школьных дискотеках всех объединяло "Солнышко в руках" или хиты группы "Руки вверх". Короче прихожу домой, у меня был старый японский двухкассетник и врубаю Лимп Бизкит альбом "chocolat starfish" и понимаю, что это блять бомба, которая только что взорвалось у меня дома, такое чувство было дважды, второй раз когда мне попадет в руки русский альтернативной сборник, на котором была записана группа "Психея". Русский рэп я считал тогда полным дерьмом, как и русский рок, исключением были Цой и Многоточие. Позже уже зацепит Дельфин, Гроб, Янка, Пурген, F. P. G. В основном альтернатива, я искал её на любых носителях. Теперь можно было получить пизды если ты слушаешь рок или рэп, альтернативщиков не трогали, только гопникам было похую какую субкультуру ты представляешь. Если ты мог им уебать, тебя уважали, нет - тебя гнобили. После, появятся готы, эмо, драм энд басс колбасёры, Hard Bass, Dubstep-овцы и качевый некоммерческий русский рэп.
Понравилась статья? Ставим лайк! Донат по возможности
Сообщение обновлено:
Середина нулевых.
Цветы ОВО.
Второй срок Путина, казавшийся последним. Нефть растёт в цене, Ходорковский ещё на воле, в интернете можно скачивать что угодно, хоть "Поваренную книгу анархиста", хоть " Сто способов самоубийства". Никакой цензуры, абсолютная свобода. "Сытые нулевые", вот только моя зарплата на заводе — 4500 руб, что равняется примерно 30 дешёвым CD-дискам. На 100 руб можно напиться втроём, взяв в ларьке 2.5 л "Охоты крепкой" и 3 по 0.5. Для полного кайфа еще пачку "Моrе" за 8 руб и зажигалку за 2 руб. Коробок шмали 200 руб, стакан 1000. Если мусора найдут это у тебя на кармане, максимум, что сделают — заберут и скурят сами.
Работая на заводе, я все равно ищу место получше. Меня интересует карьера торгового представителя или мерчендайзера, но меня никто не берёт даже охранником в магазин самообслуживания, я проваливаю одно собеседование за другим. Пытаюсь устроиться в провинциальную газетенку слесарем по обслуживанию печатной машины, где зарплата — немыслимые 20000 руб. Толстая директриса за большим столом своего кабинета спрашивает меня, рассматривая диплом:
— Почему так много троек?
— Я знаю предметы хорошо, просто не вижу смысла напрягаться ради пятёрок, — в колледже панковал по-серьезному.
— Как это не видишь смысла? И работать так же будешь? — пихает дипломы в мою сторону.
Я всё понимаю, складываю бумаги в пакет и ухожу. Она не говорит мне даже "до свидания", не то что стандартной фразы "мы вам перезвоним, если что". Вечером рассказываю историю своей девушке Сальвии, она говорит, что тётка просто тупая тварь, и зачем нужно такое начальство. Позже на эту должность возьмут нашего знакомого синебота Пашу — друга наборщицы, работавшей в той же газете.
Без протекции и связей сложно найти нормальную работу, когда тебе 20 лет, ты только что окончил колледж и вдобавок учишься на заочке в институте. Что ж, молодость даётся не для работы, а для тусовок, ну и может быть для обучения, если, конечно, твоя шарага способна научить чему-то ценному.
В один из тех дней позвонил знакомый, работавший на заводе слабоалкогольных газированных напитков и сообщил, что на складе есть просрочка джин-тоника Алко, пак по цене полторашки:
— Надо?
— Конечно!
Затариваемся с друзьями, идём на природу, а конкретно на территорию местного санатория, ещё не огороженную современными неперелезаемыми заборами из стеклопластика. Находим длинный стол, скамейки, рассаживаемся, пьём Алко и наслаждаемся видом на реку. Волшебным образом, про халявный джин узнали на заброшенной стройке — главном месте сбора неформалов нашего городка и вот нас становится еще больше. Теперь тут и панки и металлисты и готы и эмо и даже первые альтернативщики, к коим я уже причисляю себя:
— У меня есть последний альбом Психеи.
— Круто! Дашь послушать?
Эмо включили на телефоне новую группу "Оригами".
— Мeталлика сдулись! — внезапно говорит один волосатый, хотя у него на руке напульсник Metallica.
— Да нихуя! Металлика — лучшая группа, — возражает ему второй волосатый с жетоном Metallica на груди.
Готы обмениваются дисками со скачанными и нарезанными клипами "Cradle of Filth", сопровождая это непонятными звуками, якобы, гроулингом. Все это время в сторонке застенчиво стоят постоянные спутницы неформалов, те самые, что уже имеют огромный сексуальный опыт и настолько же огромный букет венерических заболеваний. Но это выяснится позже, а сейчас всё, что нас интересует— бухло и музыка. Мы мечтаем стать рок-звездами, как Фео, ведь он из такого же маленького городка неподалёку от нас. За разговорами выпито уже немало полторашек и я чувствую, что мне надо отлить. Выхожу из-за стола, на котором стоят ещё пару паков, направляюсь в сторону леса. Сальвия идёт за мной, не в силах более слушать истории про то, какой концерт дали Metallica двадцать лет назад. Я стою у куста шиповника, на уровне моего лица оказывается распустившийся цветок. Я нюхаю запах, затем срываю лепестки губами и жую их.
— Как мило... Кажется, тебе уже хватит. Я хочу домой.
— Пойдём, — застегиваю ширинку, мы уходим по-английски.
Мы идём вдоль большой дороги в сторону заката. Поблизости нет жилых домов, поэтому вокруг нет людей, разве что машины проносятся мимо, на максимально разрешенной скорости, а может и превышая её.
— Ну зачем ты цветок-то сожрал? — смеется Сальвия.
Я смеюсь тоже, мне легко и весело, ведь весь мир открыт перед нами, мы так молоды и у нас впереди потрясающее будущее. Мы проходим мимо здания отдела вневедомственной охраны, выстроенного в виде маленькой крепости или большого форта. Перед ним большая разноцветная клумба. Я лезу в неё, собираю букет цветов, вырывая их вместе с корнями, на которых висят куски земли и вручаю Сальвии. Мимо проезжает автобус, она смеется и качает головой. Я со всей силы кидаю букет вверх и нас засыпает обрывками травы, цветами и землей. Лето, закат, алкоголь. Не знаю, что сейчас может быть лучше? Разве что секс в лесу...
Когда мы дошли до её дома, уже стемнело. Тихо прошли в комнату, где обнимались и целовались на маленькой односпальной кровате под треки Linkin park и Jane Air, пока мне не позвонил парень подруги Сальвии, жившей в соседнем доме. Обычно, мы вместе возвращались на свой район.
На другой день я снова пошёл на завод. Моим напарником там был Митрофаныч — дед, трудяга старой закалки. Он носил седую чёлку, немного косил, жил в общаге со своей бабкой и внуком. Митрофаныч всю жизнь проработал на заводе, знал всех, его все знали, уважали, но это не помогло ему удержаться, когда начались первые сокращения. В его последний рабочий день мы с ним первый и единственный раз после работы взяли по бутылке крепкого пива. Он стрельнул у меня сигарету "Моre" и отметил неплохое их качество, я взял у него "Приму" без фильтра и отметил, что это полное дерьмо. Больше я его никогда не видел.
Неумолимо наступало время больших скоростей. Время драм&бэйса и тектоника. Начало глобальной цифровизации и, вместе с тем, начало глобального кризиса. Жить было интересно и тревожно одновременно. Я решил уволиться с завода, так и не найдя, куда уйти.
To be continued...
Понравилась статья? Ставь лайк! Донат по возможности ;)
Последнее редактирование:
